ЧИТАЛ И ДУМАЛ

В течение двух лет мы снимали для российского телевидения фильмы о крупнейших библиотеках мира. Занятие вроде бы странное: ну, полки и полки. Ну, корешки и корешки. Что в Египте, что в Израиле. Что в Америке, что в Китае. Что во Франции, что в Армении. Но на самом деле сквозь любую крупную библиотеку проходят трещины истории, судьбы людей; книги бывают драматичными до предела, и про это рассказывать очень даже можно. А самое существенное заключено в другом. Общенациональная библиотека, как капризный домашний цветок, расцветает в одном политическом климате и начинает засыхать в другом. Собственно, вариантов немного. Библиотека признает и принимает либо полноценную, полномасштабную демократию, либо полноценный и беспримесный авторитаризм. А любые смешанные варианты внутренне отвергает и неумолимо начинает хиреть.Библиотека Конгресса США - по общему признанию, ядро американской демократии. Она стала стержнем этой политической системы, ее мозгом, ее символом. Не только потому, что обеспечивает историко-юридическую компетенцию законодателям (парламент направляет библиотечным службам до полумиллиона запросов в год). Но и потому, что она - неотъемлемая часть Капитолийского холма и как бы от имени и по поручению Вечности освящает сиюминутные порывы политиков. Они суетятся на выборах, враждуют, заигрывают с избирателем; совершается демократия с маленькой буквы. Но вот выборы завершены, и в гулком пространстве библиотеки звучит клятва очередного президента на оригинале Конституции, хранящемся здесь же. Наступает время Демократии как таковой. Директор библиотеки - одна из главных политических должностей страны. Человек, занимающий эту должность, может напрямую звонить любому министру и не стоит в длинной очереди к президенту. Потому что всем понятно, какую цивилизационную роль он играет. Стало быть, может обеспечивать масштабный бюджет, выбивая финансирование у государства и привлекая деньги доброхотов.
Китайская национальная библиотека - тоже в полном порядке. Хотя никакой демократии в Китае пока нет - спасибо, что нет уже и тирании. Но жесткая авторитарная власть нуждается в образованной молодежи. И добросовестно вкладывает во все институты, которые этой цели служат. От книжных магазинов (набиты битком; самое дефицитное место - угол, в котором молодой человек без денег может присесть и прочитать интересующую книгу) до университетов, от научных центров до библиотек. Их финансируют, людей в них полно, техническое оснащение полноценное. Библиотекарь - заслуженный член социалистического общества, потому что выполняет важное поручение партии и правительства.
То же самое можно сказать о Национальной библиотеке в свободолюбивой Франции и о Новой Александрийской библиотеке в полицейском Египте. Их положение одинаково привилегированно - по взаимно противоположным причинам. В первом случае потому, что интеллектуальная свобода есть высшая ценность; во втором - потому, что средневековому обществу необходим постиндустриальный пример прорыва в мировое будущее. Самое роскошное, самое удобное, самое стильное библиотечное здание современного мира стоит на набережной в окружении полу-холуп. Оно как бы говорит египтянам: хотите в будущее - меняйте настоящее.
Что же до наших библиотек, то и тут все слишком понятно. Тридцатые-пятидесятые годы XX века - худшие времена для русской свободы. Но Ленинская библиотека твердо стояла на ногах. И Сталин, и Хрущев, и даже Брежнев понимали, зачем она нужна власти. Нужна, чтобы символизировать собой культурную и тем самым политическую легитимность революционно-самозванческого государства. От имени всемирного духовного наследия библиотека предоставляла цивилизационные права тогдашнему Кремлю, рядом с которым и была построена. Но что сегодня происходит с библиотекой?
Странный, промежуточный период. Она потеряла статус, а вместе с ним деньги, как только распался Советский Союз. Коммунистическая империя исчезла, демократическая Россия медленно набирала вес, великая библиотека хирела. Примерно то же самое происходило с Публичной библиотекой в Питере, ее директор на излете 90-х вынужден был торговать нефтью, которую по квоте выбил для него читатель Чубайс - больше он тогда ничем не мог помочь. И лишь сейчас Ленинка с Публичкой начинают оживать; скоро откроется восстановленный Пашков дом - после 20-летней реконструкции. Зарплаты пока нищенские, но средства на строительство постепенно подтягиваются...
Интересно, о чем это говорит?
Александр АРХАНГЕЛЬСКИЙ