Resonate.Захвати аудиторию своей яркой историей(Нэнси Дуарте)

Независимо от того, в результате чего у вас появится возможность рассказать о своей страсти — по работе, или по другой линии, в вашей жизни обязательно наступит момент, когда ясное донесение какой-то идеи сыграет важную роль в формировании того, кем вы станете и какое наследие оставите после себя. Вот у меня такой момент возникал ни один раз, и, к сожалению, выяснилось, что я не могу рассказать ни о работе, ни о своих собственных проектах хоть сколько нибудь внятно, несмотря на то что мне нравится то, чем я занимаюсь. Вот в чем загвоздка: и глаза горят, и руки делают, но идеи не распространяются, дальше одного человека, нужные контакты не устанавливаются и так далее. Презентаторам, кто еще не знает о книгах Нэнси Дуарте, я кричу, это Must Have (и Slide:ology, и Resonate). Более подробной, полезной и систематизированной информации о том, как создать грамотную презентацию или подготовить выдающуюся речь вы вряд ли найдете где-то еще. Автор книги, Нэнси Дуарте — легенда в области создании презентации. Она является основателем и CEO Duarte Design, одной из крупнейших компаний в Кремниевой долине, занимающихся дизайном, и общепризнанного лидера в сфере создания презентаций и работает с такими кампаниями, как Adobe, Cisco, Google, Twitter, HP, Nokia и другими. Не знаю, насколько книга будет полезна людям, которым не приходится часто выступать на различного рода конференциях. Но могу с определенностью сказать, что мне она была полезна и я оставила ее в своей скромной библиотеке. Вот основные причины из-за которых стоит прочитать Resonate: Во-первых, вы поймете, как лучше доносить свои идеи. А вы их доносите каждый день разговаривая с другими людьми. Во-вторых, вы почерпнете много познавательной информации о великих выступлениях великих людей, ораторов, таких как Ричард Фейнман, Леонардо Бернстайн, Марта Грэхэм, Мартин Лютер Кинг мл. и других. Все речи в книге представлены в виде кейсов с подробным искрографиком каждой (прим. искрографик — термин, введенный автором книги). Вы увидите наглядную структуру каждой из речей. Конечно, невозможно полноценно представить книгу в небольшой рецензии, но кое-какие ключи я вам обязательно дам. — Вы узнаете, что построить очень хорошую презентацию, опираясь только на факты, невозможно. Вы научитесь анализировать аудиторию до выступления и органично включать эмоции в вашу презентацию. — Поймете, почему выступления эгоцентричных людей, как правило, малоэффективны. — Вы научитесь преподносить информацию как захватывающую историю. С внедрением истории результативность презентации возрастает в геометрической прогрессии. — Создадите грамотную структуру, позаимствовав полезные знания у сценаристов и узнаете, что такое парадигма Сида Филда и как она вам может пригодиться при подготовке своей речи. Презентации обладают таким же потенциалом удерживать интерес аудитории, как и хорошие кинофильмы. — Узнаете больше о типах аргументации, используя которые, как утверждал Аристотель, можно убедить аудиторию и много много другой важной при составлении презентации или подготовке речи информации. Для тех, кто заинтересовался книгой, полезным будет зайти на сайт издательства «Манн, Иванов и Фербер» и посмотреть на выдержки из Resonate, а также на оглавление, чтобы более комплексно представить все аспекты, которые рассматриваются в книге. Полезный совет «Одна единственная идея, родившаяся в вашей голове способна изменить мир». Потратьте ваше время на то, чтобы научиться преподносить ваши идеи заражающе-круто. Это того, определённо, стоит. lifehacker оглавление глава 1 глава 2 глава 8
read more...

Капитализм 2.0 и теория "Черных лебедей"

Нассим Талеб, ливанский математик, философ и выпускник программы MBA Wharton Business School, получил широкую известность благодаря написанной в 2006 году книге "Черный лебедь", где, среди прочего, утверждалось следующее: "Глобализация создала взаимосвязанную хрупкость, уменьшив волатильность и создав видимость стабильности... Мы никогда раньше не жили под угрозой глобального коллапса. Финансовые учреждения сливаются во всё меньшее число очень больших банков. Все банки взаимосвязаны. Финансовая биосфера поедается гигантскими, кровосмесительными, бюрократическими банками, и когда один из них упадёт, упадут все". Это пророчество блестяще сбылось. В настоящее время Талеб занят исследованиями в области философии случайности и роли неопределенности в обществе и науке с уклоном в философию истории и изучение роли важных случайностей (он называет их "черными лебедями") в определении хода истории. Важно отметить, что "черные лебеди" это не обязательно негативные события или катастрофы, но и случайные удачи. Талеб сформулировал правила капитализма версии 2.0, Всего правил десять: 1. Слабое звено должно ломаться, пока оно еще мало. К сожалению, экономическая эволюция привела к тому, что фирмы с максимальным количеством скрытых рисков, т. е. самые хрупкие, стали крупнейшими. 2. Недопустима национализация убытков и приватизация доходов. Мы умудрились совместить худшие черты капитализма и социализма. Во Франции 1980-х социалисты взяли верх над банками, а в США 2000-х банки одолели правительство. Это сюрреализм. 3. Человеку, разбившему школьный автобус, не стоит доверять новый. С крахом системы экономический истеблишмент утратил легитимность. Безответственно и безрассудно надеяться, что эти "эксперты" вытащат нас из ямы. Найдите умных людей с чистыми руками. 4. Не позволяйте тем, кто работает за бонусы, управлять АЭС или вашими финансовыми рисками. Сто к одному, что они пренебрегут безопасностью ради прибыли. Капитализм - это система вознаграждений и наказаний, не только вознаграждений. 5. Уравновесьте все сложное простым. Сложности, таящиеся в глобализации и крайней взаимосвязанности экономик, можно компенсировать простотой финансовых продуктов. 6. Не давайте детям взрывчатку. Сложные деривативы должны быть отменены, потому что никто их не понимает. Граждан необходимо защищать от них самих, от банкиров с их хеджированными продуктами и от доверчивых регуляторов, прислушивающихся к экономистам-теоретикам. 7. Только финансовые пирамиды работают на доверии. Правительству нет смысла восстанавливать доверие. Волна слухов - продукт сложности системы. С ними не нужно бороться, их нужно игнорировать, сохраняя твердость и решительность. 8. Не давайте наркоману наркотики, даже если у него ломка. Нельзя лечить долги новыми долгами. Долговой кризис - не временная проблема, а структурная. Нужна полная реабилитация. 9. Будущее людей не должно зависеть от предсказаний экспертов. Экономическая жизнь должна быть дефинансирована. Нужно научиться не использовать рынки как хранилища стоимости. На рынках нет того уровня определенности, который нужен людям. Будущее бизнеса, который человек контролирует сам, может быть неопределенным, но не будущее его инвестиций, которые он не контролирует. 10. Лучше добровольно перейти к капитализму 2.0: подтолкнуть то, что и так должно рухнуть; преобразовать долг в доли собственности; прекратить поклонение истеблишменту; запретить Нобелевскую премию по экономике; запретить выкуп компаний на заемные средства; указать банкирам их место; научить людей жить в мире, где крайне мало определенности. По мнению Талеба, следование этим правилам приведет в соответствие экономической жизни общества биологической среде: фирмы будут меньше, долгов не будет, экологическая обстановка улучшится. Это будет мир, где рискуют не банкиры, а предприниматели, где компании рождаются и умирают, не становясь темой для вечерних новостей. mbastrategy.ua
read more...

Study the Case. Как решать бизнес-кейсы

Бизнес-кейс является интересным, интригующим и активным способом проведения интервью, который широко используются для того, чтобы определить различные качества кандидата. Интервьюеры задают вопросы не с целью сбить Вас с толку или оскорбить. Они не просят решить кейс, чтобы увидеть, как Вы потеете и испытываете неловкость (хотя многие думают, что это является основной целью). Они задают бизнес-кейсы совсем с другой целью. Об этом читайте в это статье. Цель проведения бизнес-кейс интервью Интервьюеры задают вопросы не с целью сбить Вас с толку или оскорбить. Они не просят решить кейс, чтобы увидеть, как Вы потеете и испытываете неловкость (хотя многие думают, что это является основной целью). Они задают бизнес-кейсы, чтобы: • Протестировать Вашу интеллектуальную любознательность • Проверить Ваши аналитические способности • Определить Вашу способность логически мыслить и организовывать Ваш ответ • Посмотреть на Ваш процесс мышления • Проверить Вашу терпимость к неопределенностям и переизбытку данных • Оценить Вашу устойчивость, уверенность в себе, а также коммуникативные способности в условиях давления • Исследовать Вашу личность • Посмотреть, насколько Вы искренне заинтригованы в решении проблемы • Определить, является ли консалтингом подходящей для Вас сферой работы Подготовка к бизнес-кейс интервью Подготовиться к бизнес-кейс интервью можно только путем постоянной практики. Вероятно, у Вас когда-либо было такое чувство, когда Вы были настолько подготовлены к экзамену, что не могли дождаться пока преподаватель зайдет в аудиторию для проведения экзамена. С бизнес-кейсами та же ситуация. Компании смотрят Вам в глаза и хотят увидеть, насколько у Вас присутствует данное чувство. Если оно присутствует – это просто называется «уверенность». Перед тем как рассматривать непосредственно примеры бизнес-кейсов, для начала стоит обратить внимание на так называемые Case Commandments – предписания по решению кейсов. Соблюдая данные рекомендации, Ваши бизнес-кейс интервью станут достаточно простыми. Case Commandments 1. Прослушайте вопрос Умение слушать является важнейшей способностью консультанта. Кейс касается не Вас и не консультанта, бизнес-кейс непосредственно относится к клиенту. Чего они действительно хотят? Особое внимание уделите последнему предложению – одно слово может изменить суть всего кейса. 2. Делайте заметки Ведение заметок на протяжении кейс-интервью позволит Вам перепроверять факты кейса. Если Вы вдруг потеряете память, вся информация будет все равно находится перед Вами. 3. Резюмируйте вопрос После того как Вам зададут вопрос, сделайте выводы для того чтобы основные моменты: - это покажет интервьюеру то, что Вы действительно его слушали - это позволит Вам услышать информацию еще раз - это убережет Вас от ответа на неправильный вопрос 4. Определите цель (цели) Профессиональные консультанты всегда просят своих клиентов определить цель (цели). Даже если кажется, что цель очевидна, может также присутствовать и дополнительная, неявная цель. Когда цель достаточно ясна, задайте вопрос по-другому: «Одной целью является увеличение продаж. Существуют ли какие-либо другие цели, о которых мне необходимо знать?». 5. Задавайте уточняющие вопросы Вы задайте вопросы по трем причинам: - Чтобы получить дополнительную информацию, которая поможет Вам определить и отметить вопрос - Чтобы продемонстрировать интервьюеру, что Вы не стесняетесь задавать вопросы при сложных обстоятельствах (то, что Вы будете регулярно делать на позиции консультанта) - Чтобы трансформировать вопрос в общение (ничто так легко не отключает интервьюера, как 5-тиминутный монолог) В начале кейса у Вас есть больший диапазон для задавания вопросов. Вы должны задавать базовые вопросы о компании, индустрии, конкуренции, внешних факторах на рынке, а также о продукте. Чем глубже Вы «въедете» в кейс, тем больше вопросов с несколькими вариантами ответов Вы должны переключить на вопросы, предусматривающие единственный ответ. Вы рискуете «попасть в капкан», задавая расширенные вопросы, на которые интервьюеру трудно ответить. Задавание вопросов такого рода может быть истолковано так, что Вы пытаетесь заставить интервьюера самому ответить на вопрос бизнес-кейса. Вы узнаете, что Вы пересекли эту черту, когда интервьюер спросит Вас: «Что Вы думаете по этому поводу?». 6. Организуйте Ваш ответ Определите и отметьте Ваш кейс. Далее установите его структуру. Это является самой сложной частью задания и самой ключевой. Структурирование управляет Вашим кейсом и зачастую является главной причиной того, свяжутся ли с Вами впоследствии или нет. 7. Озвучивайте Ваши мысли вслух Интервьюер желает, чтобы Вы думали вслух, но прежде чем говорить, обязательно подумайте над содержанием Ваших слов. Если Вы сделаете некое утверждение, которое является глубоким заблуждением в интервью, рекрутер, естественно, задумается над тем, можно ли Вам доверять перед клиентом. Если он посчитает, что доверять Вам нельзя, интервью будет окончено. 8. Организуйте свое время Ваш ответ должен быть настолько прямым, насколько это возможно. Начинайте с макро-уровня и продвигайтесь в ответе вперед. Очень просто потерять нить ответа, отклоняясь от основной мысли. Сфокусируйтесь на вопросе, который Вам поставили. Наконец, не потеряйте курс вопроса, цель или его структуру. Возвращайтесь к оригинальному вопросу и его целям на протяжении кейса, для того чтобы убедиться в том, что Вы не потеряли Ваш путь ответа. 9. Работайте с числами Если это возможно, то обязательно поработайте с числами в задаче. Продемонстрируйте Ваши способности мыслить количественно и легкость в работе с числами. Проделывая расчеты, делайте пояснения того, как Вы думаете и как Вы считаете. Уделите этому время, дабы не сделать банальных расчетных ошибок. 10. Будьте coachable Прислушивайтесь к тому, что говорит (отвечает или комментирует) интервьюер. Возможно, он пытается вернуть Вас на истинный путь ответа? Следите за его языком жестов. Ему скучно слушать Вас? Он начинает дремать? Он покорен Вами? Быть coachable означает также просить о помощи, когда это необходимо. Если Вы зашли в тупик, потеряли ход мыслей, или просто завалены разными заданиями, попросите о помощи. В это нет ничего предосудительного, это показывает Вашу зрелость. Посмотрите на это с позиции интервьюера. Если бы Вы работали над проектом и застряли на одном месте, он бы скорее попросил Вас о помощи, нежели зря потратил время на ненужное разбирательство в проблеме. 11. Будьте креативными и инновационными Одним из лучших примеров того опыта, что Вы получите на позиции консультанта к консалтинговой компании, будет брейнсторминг на тему китайской еды в 10 часов вечера. Брейнсторминг без обязательств (brainstorming without commitment), как называют его консультанты, позволяет Вам выплеснуть раскованные предложения без обязательств им следовать. Это дает возможность рассмотреть все варианты и выделить неподходящие. Консалтинговые консультанты предпочитают кандидатов с интеллектуальной любознательностью, которые могут «думать за рамками стандартов» и предлагать новые перспективные идеи. 12. Источайте энтузиазм и позитивное отношение Недостаточно просто решить кейс – необходимо просто-таки отчаянно преуспеть в решении брошенного Вам вызова в виде бизнес-кейса. Рекрутерам нужны кандидаты, которые просто приходят в восторг от решения проблемы и могут пронести этот энтузиазм через все интервью. 13. Подведите итоги и сделайте вывод Если Вы следовали всем выше перечисленным рекомендациям и проделали это с соответствующим анализом, финальным аккордом в решении кейса является подведение итогов и формирование вывода по задаче. Просмотрите Ваши ответы нахождения, озвучьте снова Ваши советы и составьте рекомендацию. Вам не нужно делать вывод по всему ответу – выберите 2 или 3 ключевых фактора и коснитесь их в своем ответе. Студенты зачастую бояться делать рекомендацию, полагая, что их анализ был неправильным, поэтому и ответы также будут неверными. Неправильных ответов не существует. Просто убедитесь, что Ваш ответ носит толковый бизнес-смысл, а также, безусловно, здравый смысл. Материал подготовила Екатерина Гридина, На основе Case in Point, Marc P. Cosentino mbastrategy
read more...

Один человек, один компьютер, миллионы учеников: как Академия Хана меняет образование

Штаб-квартира организации, которая быстро стала самой крупной школой в мире с 10 млн учеников, втиснута в несколько больших коммунальных комнат в облезлом офисном здании 1960-х годов в городке Маунтин-Вью, штат Калифорния (здесь находятся офисы Google, Symantec и Intuits — Forbes). Несмотря на стесненные условия, в Академии Хана преобладает юношеский максимализм: атмосфера напоминает стартапы Кремниевой долины. С одним лишь исключением: академия, которая выпустила 3400 обучающих видеороликов, является некоммерческой организацией, поставившей своей целью «бесплатное образование мирового уровня для всех и повсюду». Здесь у работников нет акций, не будет никакого IPO, а деньги приходят не от венчурных инвесторов, а филантропов. После десятилетий бесконечных разговоров о «реформе» образования, технологии наконец-то разрушили привычные понятия о том, как могут учиться люди. И это создает огромные возможности как для бизнесменов, так и для сторонников некоммерческого образования вроде 36-летнего Хана. Его сайт покрывает потрясающий по диапазону набор тем — от основ арифметики и алгебры до коллегии выборщиков и Французской революции. В видеороликах академии вы не увидите учителя (обычно это сам Хан, который лично создал около 3000 роликов), а оказываетесь перед пустой цифровой доской, которая, за время десятиминутного урока, наговоренного мягким баритоном Хана, постепенно наполняется разноцветными буквами и цифрами, иллюстрирующими ключевые тезисы урока. За последние два года видео академии просмотрели более 200 млн раз. Сайт посещают 6 млн учеников каждый месяц (45 млн за последний год), которые в совокупности решили более 750 млн задач (2 млн ежедневно), а бесплатный материал является частью учебного плана в 20 000 классах по всему миру. Добровольцы переводят видео Хана на 24 языка, включая китайский, урду и суахили. История академии. Хан вырос в бедности и воспитывался матерью-одиночкой. Только благодаря своем таланту — в старшей школе он участвовал в региональных и национальных олимпиадах по математике — Хан поступил в Массачусетский технологический институт (MIT). В институте Хан был бунтарем: играл в группе дэт-метал, отрастил длинные волосы и носил серьги. «Благодаря тому что я пропускал много уроков, мне удалось за четыре года получить две степени бакалавра и одну степень магистра, — вспоминает Хан. — Я ведь не просто прогуливал. Есть более продуктивные способы учиться, чем сидеть на лекции». К 2009 году от бунтарства не осталось и следа. У Хана была доходная должность аналитика хеджевого фонда, сын-младенец и жена, которая все еще училась на медика. Параллельно с работой он уже три года создавал обучающие видеоролики на YouTube, которые набирали десятки тысяч просмотров (а началось все с дистанционных уроков для кузины Нади, находившейся в Новом Орлеане, Хан в то время жил в Бостоне). Но несмотря на затрачиваемое время, Хан считал свои уроки не более чем хобби. Все изменилось после e-mail от юноши, который сильно отставал от одноклассников, но умудрился поступить в колледж. «Провел все лето за вашими уроками в YouTube и просто хотел поблагодарить за все, что вы делаете, — писал парень в письме. — На прошлой неделе я сдал экзамен по математике… Хочу сказать, что вы, без сомнения, изменили мою жизнь и жизнь всей моей семьи». Заниматься только видео для YouTube было бы глупо (у семьи было не так много накоплений), но письмо подтолкнуло Хана к решению: он уволился с работы и по сути поселился в гардеробе своей спальни, поставив создание видеороликов на поток. Через десять месяцев работы у Хана все еще не было финансирования, и он был готов сдаться. Но в этот момент появилась Энн Доерр, супруга венчурного инвестора Джона Доерра, и выписала ему первый чек. «Я решила пожертвовать немного средств, — вспоминает Доерр. — Сэл участвовал в нескольких новостных передачах на CNN и других каналах, и я думала, что у него все в порядке с финансами. Я также узнала, что он почти решил бросить начатое и найти «настоящую» работу». «Сэл — первый в мире учитель-суперзвезда», — говорит миллиардер Юрий Мильнер, русский физик и венчурный капиталист, который был одним из первых инвесторов Facebook. Благодаря своему взрывному росту проект Хана в итоге получил финансовую поддержку — $16,5 млн — не только от Энн Доерр, но и от Билла Гейтса, генерального директора Netflix Рида Хастинга и Google (председатель совета директоров компании Эрик Шмидт входит в совет академии). Даже по меркам интернет-бизнеса это весьма впечатляющий результат для академии, которая два года назад состояла из одного человека, работавшего над проектом в гардеробе, а тремя годами ранее являлась хобби гиперактивного аналитика хеджевого фонда. Однако амбиции Хана простираются гораздо дальше: «Теперь, когда есть инструменты, позволяющие ученикам заниматься с индивидуальной скоростью и полностью изучать одну тему перед тем, как двигаться дальше, может быть, пора переосмыслить образовательную модель, которая не менялась на протяжении сотен лет?» Реформа образования. Современная система обучения происходит от так называемой прусской модели, когда король Пруссии (нынешняя Германия) в конце XVIII века ввел бесплатную обязательную начальную школу. Школы должны были обучить граждан трем основным дисциплинам — чтению, письму и арифметике. Большая часть основ нашего образования, включая разделение студентов по возрасту и смену предметов по звонку, идет с того времени. «У нас такая модель, при которой один размер подходит всем, одна скорость подходит всем, один путь подходит всем, — говорит Себастьян Трун, профессор Стэнфордского университета. — И это результат одного простого предположения, которое мы и подвергаем сомнению. Предположение состоит в том, что образование передается от учителя ученику с помощью произнесенного слова — не синхронного, не записанного, а произнесенного слова. Это значит, что все учащиеся должны быть в одном месте в одно и то же время. Если бы все могли действительно учиться с одинаковой скоростью и идти одним путем, тогда можно было бы заполнить стадион и это было бы эффективно. Но это не так». Трун, Хан и многие другие реформаторы желают покончить с прусской моделью образования. Идея состоит в том, что ученики смотрят лекции и работают над заданиями в свое свободное время, по своему расписанию. Как только они докажут, что усвоили материал, адаптивное программное обеспечение предложит новые задачи. Преподаватели осведомлены о степени подготовки ученика при помощи панелей мониторинга. Время физического присутствия в классе, когда-то используемое для лекций, теперь будет посвящено воспитанию и обучению в формате «один на один». Стартап Knewton, получивший $54 млн от первоклассных венчурных инвесторов вроде Founder’s Fund, Accel Partners и Bessemer, переносит эти идеи на новый уровень. Компания создала программную платформу, которой может воспользоваться любой производитель учебного контента от гигантского издателя Pearson до школьного учителя. Это программное обеспечение отслеживает результаты каждого ученика в индивидуальном порядке и подстраивает под него обучение. В конечном счете разработчики Knewton надеются следить за вами и вашими успехами в учебе начиная с грамматики и до выпускного. «Как только вы используете в обучении новые технологии, мы можем проанализировать то, что вы знаете и каким способом лучше осваиваете материал, — говорит генеральный директор Knewton Хосе Феррейра. — Если математика дается вам легче с утра, между 9:30 и 11 часами, мы знаем об этом. Каждый день после обеда вы отключаетесь на 40 минут? Не нужно сдерживаться или пересиливать себя — позвольте себе расслабиться. Наука дается вам легче с помощью видеоклипов или игр? Историю вы лучше познаете с помощью 22-минутных блоков, а на 24-й минуте интенсивность восприятия снижается? Мы знаем все о том, как вы учитесь». Появляющиеся технологии уже долгое время рассматриваются как панацея для наших образовательных бед. В 20-е годы XX века благодаря буму радио было сформировано более 200 образовательных станций, на которые возлагались надежды, подобные высказыванию Уильяма Бианчи: «с помощью радио один блистательный учитель может вдохновлять тысячи скучающих учеников» (к 1937 году выжило только 38 таких радиостанций). Бум телевидения породил новые утопические мечты. Sunrise Semester — программа производства CBS и Университета Нью-Йорка — стартовала в 1975-м и шла в эфире почти 25 лет, предлагая курсы, которые можно проходить дома. В 1980-х годах персональные компьютеры стали привычными для школ; в последнее десятилетие — широкополосный интернет. Ничто из этого особенно не помогло. «Это происходит вновь и вновь, — говорит Стивен Гилберт, президент TLT Group, консалтинговой компании в области образования. — Ребенком я смотрел курс физики по телевизору — это было в 1950-х. И если ты был достаточно мотивирован и имел в распоряжении дополнительные материалы, то мог вполне сносно изучить физику. То же самое происходит с видео Академии Хана. Не хватает лишь признания того, что большое количество людей не любит такой способ обучения или не может его использовать». Но предприниматели, сделавшие ставку на новые технологии в образовании, считают такое мнение нерелевантным. «Современная история демонстрирует нам, что интернет безоговорочно революционизирует любую индустрию, в которой есть информационный продукт, — говорит Феррейра из Knewton. — Последние две индустрии, которые пока не изменились, это видео и образование, и я полагаю, каждой из них требуется еще более широкий канал интернета и улучшенные гаджеты». Венчурный бум. Так почему же отстает образование, хотя интернет действительно изменил все, начиная от ритейла и заканчивая топографическими картами? Очевидно, не хватало нескольких вещей, которые появились лишь в последнее десятилетие: глобальный широкополосный интернет, низкая стоимость контента (как создание, так и распространение) и продвинутые мобильные устройства. И как раз в нужный момент произошли изменения в социальных нормах, которые допускают эффективность онлайн-обучения, а также появилось поколение детей, родившихся в цифровую эпоху и стремящихся воспользоваться ее достижениями. Согласно данным венчурного фонда GSV Capital, в образовательные стартапы за последнее десятилетие были вложены жалкие $3,4 млрд, но с каждым годом финансирование увеличивается. Из 428 сделок, профинансированных за эти десять лет, 207 было закрыто в 2010 или 2011 годах. «Важно, что это не просто растущее финансирование, — говорит гендиректор GSV Майкл Мо. — Это люди, которые предвидят будущее, и обычно они правы в своих прогнозах. Это Kleiner Perkins. Sequoia. Benchmark. NEA. Greylock. Bessemer». Недавно Хан опубликовал книгу The One World Schoolhouse, которая рассказывает историю Академии Хана и показывает радикальное видение будущего образования. Например, Хан хотел бы воскресить некогда привычные классы с учениками смешанного возраста — он считает, что это поможет старшим детям нести ответственность за младших. Он хочет, чтобы несколько учителей предлагали ученикам разные взгляды на один и тот же предмет. Хан хотел бы упразднить летние каникулы — «колоссальная трата времени и денег». «Сэл Хан, возможно, самый эффективный преподаватель в мире, и он добился этого за 2 года, — говорит Майкл Мо из GSV. — Хан возглавляет революцию. Меня расстраивает лишь то, что он не поставил все на коммерческую основу». Хан сконфужен. «Быть миллиардером немного старомодно, — пожимает он плечами. — Какая ирония… Когда я пытался описать, что представляет собой Академия Хана, я говорил людям, что если бы она была коммерческим предприятием, то меня бы поместили на обложку Forbes». forbes
read more...

Нельзя притворяться, что Рианны не существует

Центр современной культуры «Гараж» совместно с издательством Ad Marginem опубликовал книгу Джона Сибрука «Nobrow. Культура Маркетинга. Маркетинг культуры». «Теории и практики» поговорили с автором монографии о крахе старой культурной иерархии, истории журнала New Yorker, которому в свое время пришлось менять редакционную политику, чтобы зарабатывать деньги, а также о том, как благодаря интернету толпа сможет контролировать элиту. — Начнем с вашего лексикона. Что значит nobrow? — Фундаментальной идеей моей книги было то, что в США нет классовой системы. У нас нет социальных классов, какие есть в Европе. Эту систему мы заменили культурной иерархией. Речь идет о терминах, которые используются в американской социологии: highbrow (элитарная или высокая культура) и lowbrow (массовая или низкая культура). То есть люди делились на высший и низший классы не по происхождению, а в зависимости от их культурных предпочтений. Эта система существовала большую часть XX века, но к концу столетия она начала рушиться. Когда я говорю «nobrow» (это понятие я придумал сам), я имею в виду тот мир, который появился после разрушения старого порядка. Массовая культура становилась все более и более влиятельной и в какой-то момент начала воздействовать на элиту, которая пошла на компромисс и подстроилась под этот процесс, в результате чего потеряла свой статус. Этот мир без иерархии я и называю «nobrow». — Интересная мысль про отсутствие классовой системы в Америке. А как же буржуа и люди, которые на них работают? — Это установлено в конституции, это основа нашего общества — все люди рождены равными. Понятно, что в момент провозглашения этого принципа все обстояло иначе: в США повсеместно применялся рабский труд. То есть в принципе никакого равенства не было. Но тем не менее наша система в корне отличается от того, что было и частично все еще существует в Европе: у нас нет крестьян, лордов, королей или графов, человек ничем не хуже остальных, даже если он родился не в той семье. По поводу буржуа и пролетариев — я бы не сказал, что у нас есть такого рода четкое деление. Все намного проще: в Америке есть люди богатые и люди бедные. Однако человеку все-таки свойственно желание превосходить окружающих в чем бы то ни было. И для того чтобы не противоречить декларируемым политическим принципам, была придумана другая иерархическая система: highbrow и lowbrow. — В своей книге эту иерархию вы описываете при помощи двух метафор. Сравниваете старый порядок с особняком вашего отца (townhouse), а мир nobrow — с супермаркетом (megastore). — Да, особняк изначально иерархичен — в нем есть уровни. Вспомним классический английский аристократический дом. Там было четкое разграничение: нижний уровень для слуг, верхний — для господ. А супермаркет условно говоря горизонтален, там нет хороших и плохих мест. Я использовал эту метафору не только потому, что она подразумевает отсутствие иерархии, но и потому что она прямо указывает на коммерцию. Объекты в супермаркете различаются не по культурной ценности или значимости, а в зависимости от других показателей: продаж, популярности. Речь идет о еще одном ключевом термине в моей книге — «шум» (buzz). Он возникают вокруг наиболее популярных и коммерчески успешных культурных явлений. В мире nobrow особую важность приобретают количественные показатели: результаты в спортивных соревнованиях, сборы в кинотеатрах и так далее. Они играют существенную роль в культурной жизни общества. Например, несколько лет тому назад вышел фильм, снятый по мотивам моей книги «Проблеск гениальности». Эта, на мой взгляд, вполне достойная лента не смогла конкурировать с другими фильмами с летающими роботами и милыми разговаривающими котиками. То есть фильм находился в той части супермаркета, которая не пользуется популярностью. — Вам не кажется, что крах элитарной культуры произошел просто потому, что люди стали глупее, поверхностнее за последние 50 лет? — В этом есть доля правды. Коммерческая культура стремится к упрощению, она насаждает стандарты и конформизм. Но все не так просто. Ведь она же создает условия для разнообразия. Потребитель со временем начинает испытывать скуку, и когда на рынке появляется нечто новое, нечто, находящееся вне общепринятых норм и стандартов, оно становится популярным. То есть по-настоящему самобытное и оригинальное искусство и музыка могут найти своего массового потребителя. Как это случилось, например, с гранж-роком или хип-хопом в свое время. Но все новое рано или поздно засасывается в эту систему и превращаются в новый культурный стандарт. Настоящая диалектика! — Вы давно пишете для журнала New Yorker. Как эти процессы отразились на редакционной политике издания? Могла ли 30 лет назад в этом журнале появится статья, подобная той, которую вы недавно написали — о Рианне? — Нет, конечно. В те времена вместо Рианны была, скажем, Дайана Росс. Редакция New Yorker ни в коем случае не выпустила бы статью о ней. Журнал прошел долгий и мучительный процесс эволюции. Редакция видела в коммерческом контенте угрозу — силу, которая способна поколебать качество издания, уничтожить те высокоинтеллектуальные стандарты, которые подразумевались под брендом New Yorker. К концу 80-х годов журнал приносил владельцам сплошные убытки. Нужны были перемены. Они произошли с назначением Тины Браун на должность главного редактора в 1992 году. Она полностью изменила редакционную политику издания: было принято решение освещать поп-культуру и «шум» — то, о чем говорили вокруг. Некоторые из этих изменений были необходимы, но часть из них перегибала палку. И под руководством Дэвида Редника, который возглавил журнал в 1998, мы отчасти вернулись к истокам. Дэвид серьезный человек, понимающий, что New Yorker — это коммерческое предприятие, которое должно зарабатывать деньги. Но, с другой стороны, он ясно осознает, в чем преимущество журнала. У него не было и нет предубеждений о поп-культуре, но тем не менее он считает, что мы должны сохранить наш фирменный стиль, даже когда мы говорим о Рианне. Ведь нельзя притворяться, что этой певицы не существует, потому что абсолютно все — хотят они этого или нет — знают о ней. Мы говорим о феноменах. Пытаемся понять глубинные механизмы и причины популярности знаменитостей. То есть предметом изучения может быть поп-культура, но подход остается прежний — фирменный серьезный анализ от New Yorker. — Вы опубликовали свою книгу в 2000 году. Как появление социальных сетей изменило современную культуру? — С одной стороны, социальные медиа подтвердили идеи nobrow. В книге я привожу еще два термина: «большая сеть» (big grid) и «малая сеть» (small grid). Первое понятие включает в себя по-настоящему массовые, глобальные явления: например, блокбастеры. Они тем или иным образом влияют на вашу жизнь — не имеет значения, смотрите вы их или нет. А второй термин обозначает более узкий круг культурных объектов — тех, которые имеют особое значение для вас и ваших друзей. Так вот, с развитием интернета большой круг расширился еще сильнее (блокбастеры теперь повсюду, теперь к каждому из них снимают по дюжине приквелов и сиквелов), а малый — сузился. В книге я говорил о клипах с MTV как о конвейере, при помощи которого это происходит. Теперь же с появлением таких сервисов, как YouTube, эти процессы получили небывалый толчок. Еще одна идея, которую подтвердило развитие интернета — то, что творец является одновременно торговцем. То есть в старом мире, где существовала иерархия, основанная на различиях элитарной и массовой культуры, всегда была очевидная грань между художником и маркетологом. Когда же эта система разрушилась, артист приобрел дополнительные свойства и функции — он начал откровенно и целенаправленно продавать свое творчество. Это ни хорошо, ни плохо — это то, к чему привела эволюция механизмов. Тот же YouTube подтвердил этот процесс. Теперь создатель контента, выкладывая свой продукт в сети, имеет изначальную установку на продажи. Он призывает лайкнуть его видео или подписаться на его канал. Кроме того, он осознает, что показ его произведения сопровождается рекламой. Но есть вещь, которая изменилась с 2000 года. Я имею в виду возврат к некой иерархии. Появились новые кураторы, так называемые tastemakers. В связи с тем, что «шум» усилился и появилось невероятное количество контента, у людей возникла потребность в своего рода фильтрах. И эти новые кураторы выполняют эту функцию. Получается, что они находятся в более высокой позиции. Но в любом случае эта иерархия отличается от той, что была раньше: критерии отбора, конечно же, не соответствуют стандартам старой элитарной культуры, они более демократичны. — Посоветуйте три книги. — Биография Стива Джобса — для тех, кто хочет понять, как работают изобретения в современном мире. В контексте Nobrow — очень интересна «Девушка с татуировкой дракона» Стига Ларссона. Это коммерчески успешная книга, триллер, то есть настоящая поп-культура. Тем не менее, прочитав ее, можно по-другому взглянуть на тему обращения с женщиной, насилия, применяемого к ней. А вообще есть большая тема, которой я сейчас интересуюсь — толпа, массы. Мне кажется, в этой связи примечательна роль интернета. Человек лишен явной биологической связи с другим человеком, той связи, которая позволяет муравьям жить в муравейнике, а птицам и рыбам — передвигаться в косяке. Поэтому существует боязнь толпы: считается, что она подавляет разум, человеческую индивидуальность и действует инстинктивно и агрессивно. Кстати говоря, это одна из причин предубеждений по отношению к поп-культуре, которая есть у интеллектуалов. Интернет начинает восполнять этот биологический пробел, он выступает в роли коллективного разума, при помощи которого толпа действует крайне организованно и ответственно, борется за благие цели. Например, движение Occupy в США. Я знаю о попытках вашего правительства ограничить право проводить митинги и демонстрации, но благодаря интернету все эти попытки теряют всякий смысл. Люди смогут организовываться в сети, и если что — их невозможно будет остановить. Такой вот интересный и полезный сдерживающий фактор для элит. Есть прекрасная книга про толпу: «Психология народов и масс» Гюстава Лебона. Обязательно прочитайте. Кроме того, я хочу расширить исследования, проделанные мной в ходе написания Nobrow, и выйти на более глобальный уровень. Поэтому я сейчас активно изучаю коммерческую культуру Азии: например, корейскую поп-музыку. Они берут западную музыку со всеми присущими ей темами: секс, культ тела и так далее. И добавляют туда свои традиционные сюжеты: например, поют об уважении к родителям. Получается очень забавная комбинация. Какой-то одной книги о современной культуре Дальнего Востока, к сожалению, нет. Но могу посоветовать безумно интересный нон-фикшн People who eat darkness Ричарда Ллойда Парри о неизвестных аспектах сексуальности в Японии. theoryandpractice
read more...

История меланхолии (Карин Юханнисон)

Феномен меланхолии был обозначен еще Гиппократом и переводился как «черная желчь». С тех пор восприятие этого термина сильно изменилось. Каким оно стало сегодня? Является ли меланхолия и ее частное проявление — усталость психическим расстройством или физиологическим заболеванием? Как связана меланхолия и «психическое выгорание»? Анализу этого феномена в контексте западной культуры посветила свою работу шведская исследовательница Карин Юханнисон. В сотрудничестве с издательством НЛО мы публикуем главу из её книги «История меланхолии». Складывается впечатление, будто усталость решила выждать до наступления подходящего момента. Она не напоминала о себе ни в кризисные 1930-е годы, ни в долгий послевоенный период всеобщего благоденствия и появилась опять лишь в последние десятилетия XX века. Сходство между началом XX и началом XXI века огромно, особенно в том, что касается восприятия стресса. Оба периода отмечены стремительными изменениями: ускорением темпа жизни, увеличением потока информации, интенсивным развитием техники и повышением требований, предъявляемых к индивиду — все это на фоне жесткой рыночной экономики. Люди живут с постоянным ощущением отставания — ментального, психического и эмоционального. Ритмы, заложенные в организм природой, оказываются под угрозой. От человека требуются максимальная гибкость и умение приспосабливаться. В оба рассматриваемых периода возникают новые типы усталости, диагнозы фиксируют новые симптомы стресса и истощения. Это сигнал того, что человеку не комфортно в окружающем его мире. Перелом произошел в начале 1980-х годов. В средствах массовой информации появились статьи о возникновении нового странного состояния крайней усталости, получившего в народе название «грипп яппи», но вскоре переименованного в «синдром хронической усталости». После эпидемии в штате Невада (США) (где было зафиксировано более 200 случаев заболевания) это нарушение стало ассоциироваться с молодыми карьеристами (отсюда название Яппи — от англ. Yuppie — Young Urban Professional (досл. «молодой городской профессионал»)). Явление вызвало огромный общественный резонанс и распространилось по Европе так же быстро, как когда-то неврастения. За короткое время была собрана значительная документация по данному вопросу. Отличается ли эта усталость от той, что причиняла людям страдания в конце XIX века? Методическое сопоставление симптомов демонстрирует много сходных черт. В обоих случаях усталость сопровождается чувством столь сильного истощения, что человек не способен к работе, напряжению, деятельности или даже развлечению (беседе, музыке, чтению). Совпадают также и другие признаки: проблемы со сном, неясные боли, головокружение, чувствительность к звукам и свету, нарушения памяти и концентрации. Сначала это состояние пытались объяснить с помощью двух научных моделей, популярных и по сей день: вирусологической и иммунологической в сочетании с анализом жизненных факторов, спровоцировавших нарушения. Согласно первой модели, болезнь вызвана так называемым вирусом Эпштейна-Барра или другими возбудителями, например герпесом или боррелиями. Вторая теория возникла как реакция на проклятье 1980-х годов — СПИД — и отравление окружающей среды. Обе модели отражали любовь того времени к биологическим трактовкам, а также страхи, связанные с различными опасными инфекциями и экологическими проблемами. Но диагноз не складывался. Несмотря на то что изначально усталость проявилась в кругах элиты, она быстро распространилась в массы и «заразила» женщин, число которых среди пациентов резко возросло. Однозначного медицинского объяснения данному состоянию не находилось. Многочисленные случаи заболевания обсуждались средствами массовой информации, но плохо сочетались с образом рационального, активного человека. И никто тогда еще не знал, что очень скоро эта усталость получит альтернативное и звучное название, лучше отражающее социальный аспект проблемы, — «выгорание». Само по себе слово «выгорание» не ново. Оно употребляется еще в древних описаниях меланхоликов, которые «изнутри и снаружи были будто высушены или выжжены». Во второй половине XIX века в студенческих кругах так называли депрессивные состояния, в частности выгоранием объясняли одно очень скандальное самоубийство. В 1880–1890-х годах данное понятие использовали в основном писатели и художники. «Он выжжен, хотя воспламенялся всегда лишь от мыслей о себе самом», — написал литератор П.А. Ёдекке в 1883 году. Стриндберг любил рассуждать о выжженных сердцах и выжженной крови (а также о «нервах, которые лопаются с коротким сухим щелчком»). В начале XXI века это состояние снова напомнило о себе, превратилось в диагноз, который быстро прижился и завоевал прочные позиции. Со времен нервозности не было состояния души, которому бы столь явно приписывали зависимость от состояния общества. Постепенно из этого нового типа меланхолии родился новый тип личности. В Швеции о «выгорании» заговорили в 1985 году. Состояние характеризовалось эмоциональным истощением, отчуждением и утратой сопереживания. В первую очередь оно проявилось в отраслях, где «нужно использовать личностные качества в профессиональных целях для утоления социального или психического страдания ближних». Люди, заболевшие выгоранием, определяли свое состояние как «пустоту, опустошение, изношенность, выжатость». Обнаружились и закономерности: психическое выгорание поражает прежде всего людей увлеченных, но со слабым внутренним «Я» и склонностью к возникновению чувства вины. В общем и целом судьба каждой болезни в обществе определяется тем, кто является ее носителем. Чаще всего это элита либо люмпены. Пострадавшие в 1980-е годы не относились ни к тем, ни к другим. Это были специалисты, работающие в социальной сфере. В основном женщины. Перед нами еще один пример того, что для закрепления в обществе некоего образа, его структура чувств должна отвечать культурным кодам соответствующего времени. Выгорание не вписывалось в культуру маниакального предпринимательства 1980-х годов, предъявлявшую высокие требования к гибкости и компетентности сотрудников. О нем заговорили всерьез, только когда участились заболевания представителей элиты. Но и то потребовалось время, чтобы понять — причина заболевания является внешней и кроется в системе организации труда в обществе, а не в «дефектности» конкретного человека. Тогда, наконец, сложился диагноз, который начали ставить работающим людям. На очень короткий период в последние годы XX века (хронология здесь очень сжатая) диагноз даже получил героический оттенок. Психическим выгоранием заболевал не всякий, а лишь тот, кто работал особенно интенсивно. «Это почти как контузия», — писал Финн Скордерюд. Страдали те, кто не боялся брать на себя работу «в горячих точках». Особенно уязвимы были работники сферы информационных технологий, массмедиа и рекламы. Это заболевание не вредило репутации мужчины, и даже сложился новый тип маскулинности, который, если его правильно преподнести, добавлял мужчине веса в глазах окружающих. Одно из ключевых слов наших дней — «идентичность» — было очень тесно связано с понятием «выгорание»: по своей профессиональной идентичности все пострадавшие принадлежали к отраслям, предъявляющим к сотрудникам высокие требования и дающим им большие возможности для самореализации. Их рабочее место — коллектив единомышленников, трудящихся с полной отдачей для достижения некой общей цели; самопожертвование здесь является нормой, и нет жестких границ между работой и свободным временем. Работа на износ приобрела романтический ореол благодаря языку, который использует риторику из мира приключений, спорта и наркокультуры: риск, команда, поднапрячься, добить (например, отчет), попасть в «яблочко», кайф, последний рывок, награда. Потом полное бессилие. Катарсис. А иногда и не катарсис, а усталость, которая уже не проходит и приносит с собой целый ряд незнакомых симптомов и ощущений. Иногда полный срыв со страхами, растерянностью, потерей контроля, чаще — гнетущая подавленность и чувство пустоты. Может ли состояние одновременно быть новым и повторять уже известный синдром? Особенности усталости образцов начала 1900-х и 2000-х годов могут изучаться параллельно. Нервозность и стресс, срыв и тупиковая ситуация, перенапряжение и выгорание похожи, как близнецы. Они даже одинаково описываются критиками культуры. «Люди, которые живут в центрах современной цивилизации — крупных городах — выглядят бледными, недовольными, возбужденными, беспокойными», — пишет врач в 1885 году, и мы можем подписаться под каждым его словом. В обоих случаях усталость объясняется не физическим напряжением, а психичес кими нагрузками. Список современных симптомов во многом повторяет те, что были известны в начале XX века. Главный из них — истощение энергии из-за необходимости постоянно соответствовать высоким требованиям, предъявляемым к человеку интенсивно развивающейся экономикой (и им самим!). Человек бóльшую часть суток находится в состоянии внутренней концентрации: мыслительная деятельность, потребление информации, занятия спортом, общение, покупки и наслаждения. Ключевыми понятиями профессиональной культуры являются компетентность, харизма, талантливость и успешность. Не только служебная деятельность, но и личная, семейная и даже сексуальная жизнь строятся по модели проекта. Этот проект предполагает, в частности, сотрудничество с многочисленными экспертами — психотерапевтами, тренерами, поборниками здорового образа жизни, производителями лекарств, которые, как и сам человек, исходят в своей деятельности из тезиса об уязвимости человеческой личности. Психическое выгорание, таким образом, создало новую идентичность, как за сто лет до этого новая идентичность родилась из состояния перенапряжения. Эти два типа убедительно иллюстрируют тот факт, что психологические классификации являются продуктом эпохи, возникают и развиваются во взаимодействии с социальной средой. В обоих случаях речь идет о современных формах меланхолии, вызванных к жизни стремительным изменением общественной жизни и (если использовать понятие из арсенала психоаналитиков) потерей связи с реальностью. Социальный психолог Юхан Асплунд отмечает, что спецификой феномена выгорания является его связь с социальным взаимодействием, следовательно, это процесс не законченный, а протекающий во времени. По мнению Асплунда, состояние выгорания не является результатом переутомления, не зависит от конкретной работы и не лечится отдыхом или расслаблением. Оно локализовано в конкретном социальном пространстве и может быть охарактеризовано как утрата чувств. Причина — в недостатке социального взаимодействия — «ощущение такое, будто тебя нет», и в конце концов человек действительно перестает подавать признаки жизни. Это происходит не сразу, не обязательно сопровождается кризисом или нервным срывом, и не всегда этому состоянию предшествует особенно интенсивная работа. Просто нарастает пустота. Выгорание — не усталость, а болезнь, отчуждение. Перед нами опять главная тема меланхолии — утрата. postnauka
read more...

БИБЛЕЙСКИЙ СЮЖЕТ (Достоевский)

Обращение великих художников к Библии никогда не заканчивалось только иллюстрацией того или иного сюжета Вечной Книги. Оно всегда предполагало личное осмысление. Художник выбирал библейскую историю, чтобы рассказать о себе, о своем времени, чтобы глубже постичь смысл происходящего. Язык образов Святого Писания был универсален и понятен для всех. Но теперь для нас этот язык наполовину забыт. Мы уже не можем так ясно, с листа, читать всё, что говорили в своих произведениях художники, поэты, композиторы и писатели прошлого. Мы более опираемся на чувственное восприятие, которое все же является только частью замысла, его внешней стороной. В программе "Библейский сюжет" делается попытка соединить "прекрасного разрозненные части", по-другому взглянуть на всемирно известные произведения искусства, рассказать о судьбе их создателей. Рассказ о двух произведениях из "Дневника писателя" - "Кроткая" и "Мальчик у Христа на ёлке"
read more...

Почему мы слепо верим простым объяснениям?

Уже полтора столетия ученые пытаются понять психологию человека при помощи эволюционной теории. Совсем смелые дарвинисты утверждают, что даже культура и общественные отношения обусловлены обстоятельствами возникновения человеческого вида, а религия — это побочный эффект любопытства homo sapiens. В своей статье обозреватель журнала New Yorker Энтони Готлиб рассуждает о том, почему эволюционная психология не имеет никакой практической пользы, как на науку повлияли предрассудки Дарвина и при помощи каких аллегорий современники Аристотеля объясняли естественный отбор. Аллегории и теория Дарвина Когда Редьярд Киплинг опубликовал сказки, в которых говорилось о том, как у верблюда появился горб, а носорог обзавелся морщинистыми кожными складками, он сказал, что эти истории убаюкают его дочь только в том случае, если будут рассказаны «просто так», без каких-либо витиеватостей. «Сказки просто так» таким образом стали синонимом обворожительно простых мифов. Однако, одна из сказок Киплинга все же оказалась наполовину правдой. Леопард и Эфиоп были голодны, потому что Жираф и Зебра переселились в густой лес, и на них стало невозможно охотиться. Тогда Эфиоп изменил цвет своей кожи на темно-коричневый, чтобы можно было незаметно подползти к добыче. Кроме того, своими чернильными пальцами он понаставил пятнышек на шкуру Леопарда так, чтобы его друг тоже мог охотиться, не выдавая себя. В целом, эта история верна. Статья, вышедшая недавно в одном из научно-популярных журналов о биологии, цитирует Киплинга: семейство кошачьих приобрело свой окрас в «таких местах, где полно деревьев и кустов, отбрасывающих пятнисто-полосатые тени». Исследование, о котором говорилось в данном материале, выявило связь между узорами на спинах тридцати пяти видов кошачьих и их местом обитания, а также привычками, которые вместе с некоторыми другими факторами оказали влияние на камуфляжную раскраску животных. Загадки, правда, остаются. К примеру, гепарды пятнисты, хотя предпочитают открытые пространства для охоты. Этого следовало ожидать, ведь следы эволюции так же запутаны, как следы леопарда в лесу. Теория естественного отбора началась как одна из «сказок просто так» за две тысячи лет до Дарвина, о чем последний узнал несколько лет спустя после публикации работы «О происхождении видов» в 1859 году. Работник городской администрации графства Суррей отправил ученому письмо, в котором привел слова Аристотеля, цитировавшего, в свою очередь, невероятную историю, рассказанную Эмпедоклом. Согласно Эмпедоклу, животные были составлены из попавшихся под руку частей: «Выросло много голов, затылка лишенных и шеи / Голые руки блуждали, в плечах не имея приюта / Очи скитались по свету, одни, безо лбов сиротея». Когда выяснилось, что определенный набор частей тела весьма полезен для жизни, то удачливые животные, обладавшие им, «выжили, приспособившись к окружающей среде, те же, кто избрали для себя иной путь, погибли». В последующих изданиях «О происхождении видов» Дарвин приводил ссылку на рассказ Эмпедокла, отмечая: «Здесь мы наблюдаем аллегорическое понимание теории естественного отбора». Сегодня биологи стараются избегать присваивания любой человеческой особенности эволюционное происхождение, то есть говорить, что та или иная черта возникла, потому что давала репродуктивные преимущества. Этим понятием часто «злоупотребляют для того, чтобы решить несуществующие проблемы», предупреждает влиятельный биолог-эволюционист Джордж Уильямс. Но когда нужно изучить проблему самому, трудно внимать подобным предостережениям. Искушение выразить наши идеи при помощи эволюционистских «сказок просто так» очень велико. Как отделить биологию от культуры? Гарвардский палеонтолог, научно-популярный писатель Стивен Джей Гулд в 1978 году говорил, что отсутствию серьезных доказательств в подобных случаях зачастую просто не придают значения (вероятно, именно он первым употребил киплинговский термин в уничижительном смысле). Объектом его насмешки прежде всего выступала социобиология и ее растущие амбиции. Годом ранее Роберт Триверс, основатель социобиологии как дисциплины, в журнале Time заметил: «Рано или поздно политические, юридические, экономические науки, психология, психиатрия, антропология — все это станет лишь ответвлениями социобиологии». Социобиологи полагали, что концепция естественного отбора является ключом ко всем наукам о человеке, поскольку раскрывает эволюционную природу человеческого поведения. Стивен Джей Гулд не оспаривал работы о пчелах, осах и муравьях, но увязывать поведение человека и его эволюционное прошлое считал попросту опасным, не в последнюю очередь потому, что отделить биологию от культуры крайне сложно. Гулд считал абсолютно бесперспективной основную цель социобиологии — сведение всех наук о человеке к теории Дарвина. Но мечта эта до сих пор жива. Новая книга Дэвида Береша, профессора психологии и биологии в университете Вашингтона в Сиэтле — Homo Mysterious: Evolutionary Puzzles of Human Nature (Oxford) непреднамеренно иллюстрирует, как «сказки просто так» о человеческой природе могут быть выгодно проданы. Раскрывая обычные эволюционистские трюки, при помощи которых трактуют сексуальное поведение, умственные способности, религию и искусство, Береш в то же время показывает, насколько мы все еще далеки от разговоров об эволюции разума. У эволюционных психологов амбиции чуть менее империалистические, чем у их предшественников-социобиологов из семидесятых, однако и они весьма претенциозны. «Через призму эволюции можно пристальнее взглянуть на такие прикладные дисциплины, как юриспруденция, медицина, бизнес и образование», — пишет в своей новой книге Sex, Murder and the Meaning of Life Дуглас Кенрик из университета Аризоны. В последнем издании учебника Дэвида Басса из Техасского университета в Остине Evolutionary Psychology: The New Science of the Mind сообщается, что эволюционный подход может свести воедино несопоставимые до того ответвления психологии. Кроме того, такой подход начинает трансформировать методы изучения искусства, религии, экономики и социологии. Мозги каменного века Существует множество группировок в этой относительно новой науке о разуме. Одна из самых влиятельных возникла в восьмидесятых годах в Санта Барбаре, университете Калифорнии. Ее идеи стали популярными благодаря книгам Стивена Пинкера и других в девяностых, кроме того, ей удалось расположить к себе многих журналистов, пишущих о науке. Основное внимание здесь уделяется тем трудностям, с которыми пришлось столкнуться нашим предкам во времена Плейстоцена, когда они еще были охотниками и собирателями в африканской саванне. Ученые тогда придумали весьма остроумный слоган: «В наших новеньких черепах мозги каменного века». Под мозгами подразумевается некий набор программ, выработавшихся в результате естественного отбора, которые теперь составляют то, что принято называть человеческой природой. Проще говоря, мы — это только приложения для не очень-то умного смартфона Фреда Флинстоуна. Теория полагает, что нужно лишь разобраться, что это за приложения, тогда станет понятно, для чего в принципе был предназначен разум. Предназначен ли? Теория естественного отбора обязана своим успехом прежде всего тем, что объясняла, как природа, кажущаяся чьим-то творением, на самом деле им не является. Так Леопарду не нужен Эфиоп (или Бог), чтобы заполучить пятна на шкуре. Чаще всего, когда биологи образно выражаются о творении или о целях эволюции, это ровным счетом ничего не значит. Просто это довольно удобное условное обозначение, если не касаться дальнейшего планирования. Однако данное объяснение всегда забывается, когда речь идет о предназначении нашего разума и поведения. Береш пишет, что «мозговой функцией является координирование работы внутренних органов и внешнего поведения таким образом, чтобы извлечь максимум выгоды из достижений эволюции». Звучит довольно прямолинейно. Проблема в том, что эволюция должна идти на компромиссы, поскольку имеет дело с подручными материалами и пытается решить несколько задач одновременно. Любая трансформация может оказаться просто неудачной заплатой с точки зрения естественного отбора, даже если в целом получившееся существо — это лучшее, что могло быть создано в данных обстоятельствах. Если бы природа всегда следовала самым простым схемам, путь эволюции можно было бы проследить гораздо проще, но природа не может позволить себе такой роскоши. Теоретически, если вам удалось выявить, каким образом мозг приобрел свой нынешний вид, то это может пролить свет на то, как он собственно работает. Но вам необязательно знать, как проходила эволюция органа, чтобы понимать, как он устроен. Сердце, например, такой же продукт эволюции, как и мозг, а Уильяму Харви удалось понять, как оно работает за два века до открытия естественного отбора. Ни одна из наиболее солидных постдарвинистских теорий ментального устройства — работы Ноама Хомского о языке и Дэвида Марра о зрении — не была построена на эволюционистском подходе. Религия — побочный эффект любопытства О религии Береш пишет следующее: дарвинистское мышление в ближайшем будущем не изменит нашего понимания этой сферы. Мы даже не знаем, почему мы лишены шерсти или ходим на двух ногах, так что найти корни религиозных верований кажется слишком имперской задачей. Но неустрашимый Береш все равно исследует, чем религия могла быть полезна первобытному человеку. Например, она могла быть побочным продуктом любопытства, вызванного природными явлениями или желанием общения. Возможно, религиозные верования и практики помогали людям координировать свои действия с другими общинами, отчего они становились менее эгоистичными или одинокими, чувствовали себя более реализовавшимися. И хотя Береш не настаивает ни на одном из вариантов (да и как он может, ведь учитывая количество прошедших лет, никто не в состоянии сказать наверняка), но делает умозаключение: «Очень вероятно», что религия обязана своим появлением естественному отбору. Предпосылки для такого вывода не приведены, так что он кажется скорее эдаким символом веры. Автор полагает, что в какой-то мере «прочные позиции» религии также связаны с естественным отбором, что говорит о его устаревших знаниях в этой области. Историки и ученые, занимающиеся социальными науками, очень многое могут сказать о том, почему религии процветают в данном конкретном отрезке времени и месте, а не в другом, почему сейчас впервые за всю историю человечества в мире насчитывается сотни миллионов неверующих, почему религия лишь чуть больше, чем красивый обычай, в странах вроде Дании и Швеции. Даже если бы все истории об эволюции были правдой, сложно представить, что им есть, что к этому прибавить. Проблема при попытках воссоздания пути развития разума из материалов эпохи плейстоцена заключается в том, что мы не знаем точно, чем уже обладал разум в каменном веке. Даже если возможно придумать правдоподобную историю о том, как те или иные модели поведения помогали ранним охотникам и собирателям выживать и размножаться, те же модели могли возникнуть раньше и совсем по иным причинам. Дарвин предвидел потенциальные искушения для ученых, когда писал о родничках, делающих череп младенцев человека и других млекопитающих довольно эластичным. Кто-то может заключить, что эта особенность возникла для облегчения прохождения плода по родовому каналу, но, кажется, это просто часть парадигмы развития скелета. Птицы и рептилии вылупляются из яиц, однако у них тоже наблюдается подобная особенность. Сказки про первобытного человека Учебники по эволюционной психологии полагают, что арахнофобия — адаптационный механизм, вызванный страхом перед смертельным укусам паука. Другими словами, мы происходим от человекоподобных слабаков, которые выжили, потому как держались от пауков подальше. Эта теория подкрепляется наблюдением: некоторые люди остерегаются пауков или змей с пеленок. И все же нет оснований полагать, что пауки в каменном веке представляли большую опасность, чем сегодня. Ученые, занимающиеся фобиями, выявили некоторые паучьи черты, которые могут пугать несколько сильнее, чем собственно укусы, к примеру, их непредсказуемые и стремительные движения. Естественный отбор возможно сыграл какую-то роль в появлении определенного набора объектов: вызывающих отвращение, но это было так давно, что психологи-эволюционисты не очень-то заинтересованы в настоящих причинах, им больше по душе сказки про первобытного человека. Было бы неплохо узнать, почему некоторых людей парализует страхом при виде пауков, почему другие наоборот любят этих насекомых, конечно, у последних даже есть своя группа на фейсбуке. Большинству же людей вообще все равно. За одним весьма значительным исключением, эволюционным психологам нечего сказать о разнице между людьми, они скорее занимаются сходствами. Вероятно, поэтому большинство психологов, которые рассматривают нетривиальные случаи, все еще не спешат заявить о своей приверженности эволюционистскому подходу. Исключение же составляет разница между мужчинами и женщинами: эволюционные психологи очень озабочены проблемами секса и женского тела. Береш долго смакует тему, почему в наиболее фертильный период у женщин, в отличие от шимпанзе, не появляются ярко-розовые сексуальные припухлости в аногенитальной области. По его мнению, у самок больших человекоподобных обезьян есть несколько причин скрывать время овуляции. Возможно, это что-то вроде игры «чем дольше парень гадает — тем дольше пробудет со мной»: если самец не может понять сразу, когда его пассия фертильна, ему нужно пробыть с ней больше месяца, чтобы убедиться, что потомство его. Среди других предположений: неафишируемая овуляция дает самкам большую свободу в выборе партнера, вероятно, снижая ажиотаж в стане самцов. Все это весьма занятно, как занятна и прочая возня Береша с одиннадцатью эволюционистскими теориями о природе женского оргазма, относительно которого он не сделал сколько-нибудь удовлетворительного заключения. Скрытая же овуляция кажется отличной иллюстрацией того, что Джордж Уильямс называл несуществующей проблемой. Береш не очень убедительно пытается доказать нам, что отсутствие розовых припухлостей у женщин требует изучения, хотя изучения требует именно что наличие их у шимпанзе. В конечном счете, шимпанзе в нашем семействе обезьян стоят особняком. И есть основания полагать, что самки более или менее общего предка человека и шимпанзе могла обнаруживать слабые внешние признаки овуляции. Самая простая теория относительно исчезновения припухлостей во время овуляции может сводиться к тому, что наши предки начали ходить на двух ногах и минусы от такой вот рекламы стали перевешивать плюсы. Припухлости на несколько дней затрудняли ходьбу, расходовалось больше энергии, воды. И затем это уже не очень работало как сигнал, ведь самки больше не прыгали по деревьям, светя задом перед самцами. Еще большая трудность досаждает эволюционным психологам и побуждает их к спекуляциям на сексуальную тему. Работы в этой области настолько неостроумны, что их можно смело поместить на полочку между народной мудростью и стереотипами сегодняшнего дня. Предрассудки Викторианской эпохи Дарвин встроил предрассудки Викторианской эпохи в свое понимание идеи эволюции полов. Он писал, что в целом мужчина всегда добивается лучших результатов, касается ли этого умственного или ручного труда, кроме того, он также рассматривал борьбу за половых партнеров и просто борьбу за выживание, чтобы объяснить данное явление. Он также отмечал, что некоторые черты, присущие женщинам, встречаются у менее развитых рас, следовательно тех, которые еще не достигли высокого уровня развития цивилизации. То, что в настоящее время отметили эволюционные психологи, — это разница подходов у мужчин и женщин при выборе партнеров. Они потратили десятилетия на то, чтобы собрать студентов в колледжах, пытаясь придать значимости своим исследованиям на тему, кого хотели видеть в своей каменной постели первобытные люди. «Мужчины высоко ценят молодость и физическую привлекательность, в то время как женщины больше обращают внимание на богатство и статус (против физической привлекательности они, правда, тоже не возражают)», подводит итог в своей новой книге Games Primates Play Дарио Маэстрипьери, биолог-бихевиорист из университета Чикаго. Кроме этого там говорится о том, что мужчины больше заинтересованы в случайных связях, что ревность на почве секса работает по-разному у мужчин и женщин (мужчин больше заботит физическая верность, а женщин — эмоциональная). Все эти нюансы могут быть объяснены тем, что наши далекие предки стремились оставить после себя как можно большее потомство. Многие из этих объяснений основываются на предположении о том, что поиск большего числа партнеров для мужчины выгоднее, чем для женщины. Вполне вероятно, что через сто пятьдесят лет то, что мы сегодня знаем о мужчинах и женщинах, будет казаться нелепостью, как сегодня милым старомодным чудачеством нам кажутся мысли Дарвина по этому поводу. Модели сексуального поведения могут меняться достаточно быстро: например, согласно исследованию 1994 года, вероятность того, что американские женщины, воспитанные в 60-е, занимались сексом с пятью и более партнерами до достижения двадцатилетнего возраста, в десять раз выше того, что такое же количество партнеров имели женщины в 20 лет, жившие ранее. Что же до врожденной женской тяги к богатству и статусу, интересно, какое еще поведение могли они выработать в мире для мужчин и управляемом мужчинами? Хотя сейчас в некоторых местах приобрести власть, не выходя замуж, для женщин проще, чем когда-либо, экономическое неравенство вовсе не исчезло. Даже в самых эгалитарных странах Скандинавии средний заработок работников-мужчин на десять процентов выше, чем у их коллег женского пола. В США более 90 % высшего менеджмента — мужчины. Исследование отношения полов к случайному сексу, проведенное в 48 странах Дэвидом Шмиттом, психологом университета Брэдли в Пеории, штат Иллинойс, выявило большие различия между мужчинами и женщинами. Однако там, где женщины имели больше свободы, разница была не столь велика, полного же сходства замечено не было нигде. Различия, встречавшиеся постоянно, Шмитт склонен объяснять эволюционным приспособленчеством. При этом он отмечает, что его находки имеют весьма ограниченную ценность, так как строятся на анкетах, заполняемых самими опрашиваемыми. Кроме того, все его респонденты были родом из современных стран, преимущественно студенты колледжей, среди них не наблюдалось охотников и собирателей или представителей небольших племенных сообществ. Своеобразный разум американских студентов В целом, слабой стороной исследований в области психологии и бихевиористской экономики является то, что почти все они проводятся людьми, принадлежащими к западной культуре, в индустриальных странах, а в выборку включают в основном студентов преимущественно из колледжей США. Для психологов эволюционистов это особенно плохо, ведь они пытаются выявить универсальные черты всего нашего вида. Американские студенты колледжей, безусловно, очаровательны, но вряд ли их можно считать репрезентативными для человечества в целом. Сравнительно небольшое количество экспериментов, проведенных не в странах Запада, показало, насколько своеобразен разум американских студентов, будь то речь о пространственном ощущении, реакциях на оптические иллюзии, стилях размышления, кооперативном поведении, понятиях честности и рискованных стратегиях. Джозеф Хенрих и его коллеги из университета Британской Колумбии (Канада) недавно пришли к выводу, что ученики колледжей США — самая плохая из возможных подгрупп населения для изучения человеческой психологии. Единственное их преимущество для исследователей — доступность. Ближайшие родственники человека давно вымерли, селекционные эксперименты над людьми запрещены (да и потом это бы заняло слишком много времени), а ментальная жизнь наших предков оставила о себе воспоминания только в качестве немногих окаменелостей. Вероятно, не надо уделять так много внимания тому, могут ли эволюционные психологи доказать появление той или иной характеристики тем, что она была нужна на просторах африканской саванны. Если бы они и впрямь занимались историей, то не водили бы студентов за нос так долго. В обзоре методов эволюционной психологии, опубликованным прошлым летом в одном из научных журналов о биологии, делается следующее очень простое заключение. Чтобы подтвердить любую гипотезу относительно того, как формировался человеческий разум, кроме прочих вещей нужно определить, как люди думают и поступают сегодня. Сделав это, вы поставите точку в вопросе о работе разума, а то, что было в каменном веке, на самом деле, не так уж и важно. Не столь принципиально, как вырабатывались те или иные особенности и модели поведения, главное то, что они есть. Почему же тогда психологи-эволюционисты настаивают на том, что политики и ученые, занимающиеся социальными науками, должны обращать внимание на эволюционное происхождение типов поведения людей? В теории, исторические догадки могли бы указать на лучшую в том или ином случае модель реагирования, правда, сколько-нибудь убедительных примеров здесь привести не удается. Есть ли практическая польза? В начале восьмидесятых годов широко обсуждалось исследование канадских психологов Мартина Дэли и Марго Уилсон, в котором ученые предположили, что родители больше склонны притеснять приемных детей, а не собственных отпрысков. Они объяснили это тем, что наши далекие предки стремились оставить после себя как можно большее потомство, следовательно дорожили своими отпрысками, и в настоящее время это проявляется в том, что приемные дети получают меньше любви, чем биологические. Дэли и Уилсон, проанализировав базу данных о плохом обращении с детьми, выяснили, что мужчины более склонны к убийству приемных детей. Спустя тридцать лет эта редкая находка все еще преподносится как триумф эволюционной психологии. В фольклоре и литературе (не считая «Гамлета» и «Дэвида Копперфильда») превалирует образ злой мачехи, так что вероятно дурной нрав отчимов и стал для кого-то открытием (Россини, например, вообще в своей вариации на тему сказки о Золушке, «одарил» ее именно злым отчимом). Даже отодвинув на второй план верность доказательств эволюционного происхождения этого явления, сможет ли эта информация помочь предотвратить случаи дурного обращения с детьми? У большинства детей нет отчимов, большинство отчимов ни с кем плохо не обращаются, а весьма внушительное количество ребятишек страдает от рук собственных отцов. Исследование, проведенное в Колумбийском университете в 1998 году, показало, что приемный отец вовсе не показатель риска. Случаи изнасилования отчимом приемных дочерей, однако, является довольно серьезной проблемой. Правда, Дэли и Уилсон не делают никаких заключений относительно этого хорошо известного феномена. Эволюционные психологи указывают на другие работы, которые, по их мнению, имеют практическую пользу. Например, предполагается, что репродуктивные стратегии помогут объяснить, почему молодые мужчины намного более жестоки, чем пожилые женщины. Интерес к данному вопросу заставил ученых составить классификацию убийц по возрасту во всем мире. Теория заключается в том, что в древние времена у молодых мужчин было больше шансов на соитие, если они были готовы идти на риск в борьбе за партнершу или свой статус. Возможно, когда-то эти знания пригодятся. И все же, когда какого-нибудь подростка зарежут у ночного клуба, ни одному полицейскому не придет в голову посещать вечерние курсы по эволюционной психологии, чтобы понять: это точно не дело рук сумасшедших старушек. Также говорилось о том, что книги полезных советов от пикаперов являют собой позитивный пример использования эволюционной психологии в повседневной жизни, преимущественно в барах. Полевые испытания , правда, все еще продолжаются. В конце своей книги Береш задается вопросом: почему наш разум склонен слепо верить простым объяснениям, хотя зачастую они могут быть ложны? Довольно верное замечание. Но оно лишь подтверждает нашу любовь к размышлениям в целом, которая и служит всему разгадкой. Возможно, этой склонности тоже существует какое-то эволюционистское объяснение. theoryandpractice
read more...

Mindemanagement или как управлять сознанием для продуктивной работы

Продуктивность — это не тогда, когда ты управляешь своим временем, а тогда, когда ты в состоянии управлять своим сознанием. И ведь правда — выделить на выполнение определенной задачи несколько часов совершенно не проблема. Главная проблема состоит в том, чтобы в это выделенное время сосредоточиться на выполнении именно этого задания. И не просто выполнять его, а делать это быстро и качественно. Но, к сожалению, даже в самой стандартной работе для хорошего соотношения «качество-скорость» необходимо вдохновение. Даже для заполнения таблицы необходимо пнуть себя. О чем-то более сложном и творческом речь даже не идет. Как это сделать? Дэвид Кадави вывел несколько правил, пока писал свою книгу. Возможно, вам это тоже поможет. Итак, как же заставить себя сесть и сделать все, что нужно. И сделать это с удовольствием, быстро и качественно? Для начала нужно задать себе три главных вопроса! Три главных вопроса «Mindemanagement» 1. Какой вид работы мне нужно выполнить прямо сейчас? Есть ли что-то очень важное или я могу выбрать себе задачу по желанию? 2. В каком психическом состоянии я нахожусь в данный момент? В настроении ли я для письменной работы? Или может быть мне лучше заняться аналитикой, или работой с клиентами, или составлением планов на рабочую неделю? 3. Могу ли я предпринять что-либо для того, чтобы настроиться на нужный лад? Существует довольно много способов которые помогают настраиваться на нужный лад. Иногда это может быть небольшая пробежка — негативные мысли и стресс улетучиваются из головы уже на втором километре, а некоторые бегуны вообще впадают в особое медитативное состояние, что также очень очищает голову и помогает собраться с мыслями. К тому же это очень полезно для здоровья! А иногда это может быть массаж, контрастный душ, чашка кофе, определенная музыка и так далее и тому подобное. Еще один вариант — вы можете попробовать смену рабочего места. Над некоторыми проектами хорошо думается в кофейне, а какие-то легко идут на стандартном рабочем месте. Для того, чтобы понять, какие факторы влияют на ваш настрой, нужно понаблюдать за собой некоторое время. Все это поможет вам не просто настроится на волну и, наконец-то, выполнить задачу. Поняв, как работает система, вы сможете делать это не только быстро и качественно, но еще и с удовольствием. Основные тезисы Для того, чтобы немного разобраться с тем, как работает наш мозг, нужно прочесть хотя бы несколько базовых книг (или научных статей) по неврологии. Если честно, я не вижу смысла копать слишком глубоко тем, чья трудовая деятельность с этим никак не связана. Но иметь общее представление не мешало бы, так как это позволяет понять ключевые моменты работы нашего мозга и не разбазаривать драгоценную психическую энергию, а направлять ее исключительно на выполнение работы. Наш мозг пластичен. Каждый раз, когда нейроны включаются в работу, этот путь запоминается и проделать то же самое в следующий раз будет уже легче. Одно время считалось, что после достижения совершеннолетия мозг перестает развиваться. На самом деле человеческий мозг изменяется на протяжении всей жизни. Это означает, что даже после 16 мы в состоянии научиться чему-то новому и с каждым повторением мы будем справляться с заданием все лучше и лучше. Любите свою префронтальную кору. Мы об это уже говорили (префронтальные понедельники), но лучше повторить и тогда это запомнится еще лучше (см пункт первый). Префронтальная кора отвечает за планирование, определение приоритетов и контроль над эмоциями. Именно она помогает нам определить основные цели и продуктивно работать. Но ее работа требует больших энергетических ресурсов и их разбазаривание непростительно. Особенно во время выполнения сложного задания. Поэтому в это время нужно не только хорошо отдыхать и не игнорировать сон, но еще и не отвлекаться на мелочи (постоянное проверка почты, сообщений в Twitter и социальных сетях). Контролируйте свою амигдалу. Амигдала является одной из самых старых частей мозга и именно она запускает первобытный инстинкт «беги или дерись». Поэтому из осторожности она будет пытаться «отговорить» вас от рискованного шага или новой идеи, которую еще никто не пробовал воплотить. Просто потому, что ей страшно. А вдруг не получится? Восстанавливайте свои силы. Если учесть постоянную борьбу префронтальной коры с амигдалой (хочу но боюсь!) и энергозатратность работы префронтальной коры, для продуктивной работы необходим такой же продуктивный отдых! Если вы думаете, что работа в течении нескольких суток с перерывами не краткий и очень неспокойный сон, а также перекусы нездоровой едой помогут вам быстрее справиться с задачей — вы глубоко ошибаетесь. Вы можете не только завалить проект, но еще и подорвать свое как физической, так и психологической здоровье. Поэтому хороший сон, правильное питание, хотя бы 10-15 минут физической нагрузки в день, и разговоры с друзьями или семьей являются залогом продуктивной работы. Упражнения С учетом всего вышеперечисленного Дэвид Кадави предлагает несколько упражнений, которые помогут использовать разум со 100%-отдачей. Медитация. Медитация помогает избавиться от негативных мыслей, возобновить силы, как душевные так и физические, понижает кровяное давление, помогает успокоиться и настроиться на нужную волну. Для начала вполне достаточно и 2 минут осознанной медитации. Затем можно переходить к одной 10-15 минутной сессии в день. Научиться медитировать может каждый. Если же вы не в состоянии медитировать хотя бы 2 минуты, значит у вас гораздо больше проблем, чем просто нехватка времени. Найдите время для планирования. Выделение конкретного времени или для планирования имеет несколько преимуществ: во-первых, вы можете выбрать время, когда ваша ментальная энергия на пике; во-вторых, это освобождает вашу префронтальную кору от этого занятия в другие дни и позволит направить ее усилия на решение других задач. Например, вы можете выделить день для составления еженедельного обзора (weekly review) и по пунктам перечислить все, что должно быть выполнено или произойти на этой недели. И даже если события уже внесены в ваш календарь, его повторение прочно заседает в голове и заставляет задуматься о других вещах, о которых мы еще не подумали. Например, вы еще раз пишите, что в среду в 2 часа у вас рейс, а вы еще не подумали о том, в котором часу вам лучше выходить. Обманите себя для того, чтобы начать. Приступать к выполнению некоторых задач ужасно сложно (и не очень хочется). Без четкой цели в вашем мозгу будет вырабатываться недостаточно допамина для мотивации. Поэтому тут как раз время использовать 10-минутный хак (когда дело выполняется в течении 10 минут неотрывно, а потом вы переключаетесь на выполнение другого дела в течении 10 минут). В итоге когда вы выполняете определённую задачу в течении 10 минут, дальнейшая работа над ней уже не будет вызывать негативные эмоции и закончить ее будет гораздо легче. Это всего лишь верхушка айсберга и чем больше мы будет узнавать о том, как работает наш мозг и наблюдать за тем, что лучше всего влияет на нашу мотивацию, тем проще нам будет справляться с работой, пусть даже не всегда крепко любимой. И тем больше времени у нас будет на что-то интересное и новое lifehacker
read more...

Ранжирование студентов

Что представляла собой российская университетская культура позапрошлого века? Монорафия «Русские профессора», написанная Е. Вишленковой, Р. Галиуллиной и К. Ильиной, проливает свет на этот вопрос. Совместно с издательством «Новое литературное обозрение» мы публикуем одну из глав книги, посвящённую работе со студентами. После резкого поворота в образовательной политике (начало 1830-х годов) министерство предписало профессорам отступить от принципов церковного воспитания и осваивать опыт воспитания военно-учебных заведений. Нормативный университетский студент Николаевской эпохи описан в «Инструкции инспектору студентов», которая была разработана для Московского университета (1834). Чуть позже такие же тексты составили и приняли профессорские советы Харькова и Казани. И если казанские профессора скопировали московский текст почти дословно, то харьковчане проявили инициативу и переработали часть его положений. Например, в их инструкции отсутствовали пространные рассуждения о значении церковного послушания, о возрастных особенностях студентов и более рациональными были объяснения требуемых норм (так, если курение табака в казанской инструкции запрещалось потому, что «показывает дурные наклонности» учащихся, то в харьковской — «для безопасности от пожара»). Но министр С.С. Уваров инициативы харьковских профессоров не оценил и потребовал единства действий всех императорских университетов, общности принципов воспитания и норм оценки воспитанника. В результате инструкция Московского университета получила статус государственного закона. Усиливая контроль над производством университетских специалистов, попечитель М.Н. Мусин-Пушкин собирал списки казенных и своекоштных студентов. Они представляли собой таблицы со следующими рубриками: «отличные», «хорошие», «средственные» и «исправляемые» студенты. В категорию «отличные» попадали воспитанники, которые в течение года не подвергались ни выговорам, ни замечаниям, а «хорошими» считались только те, кто либо ни разу не переступил границу предписанной в правилах нормы, либо с послушанием принял замечания начальства. Характеристики «средственные» и «исправляемые студенты» включали тех, у кого наблюдались девиации в поведении. В начале Николаевской эпохи к числу серьезных правонарушений студента относилась «грубость». Не менее серьезными проступками считались «непокорность», «своевольство» и «сварливость». Под «особенный надзор» попадали учащиеся, замеченные в «хладности в делах Веры». Далее в иерархии прегрешений стояли: «непослушание», «нетрезвость» (как единичная, так и повторяющаяся; как без последствий, так и с последствиями, нарушающими спокойную жизнь горожан) и небрежное исполнение христианских обязанностей. Редкое посещение лекций, своевольные отлучки из университета и резвость считались «легкими» проступками. А «лень», «нескромность» и «ветреность» воспринимались в качестве общих свойств студиозусов, входивших в списки средственных воспитанников. Инструкция инспектору студентов, которая дополнила и разъяснила нормы университетского поведения, различала «проступок» и «вину». Первый совершается «от легкомыслия и незрелости ума» и исправляется «увещанием, выговором или простым арестом, не долее семи дней». Вина «имеет источником злую волю или ложное направление разума», наказывается «строгим выговором или заключением в карцер от одного до семи дней». Рецидив проступка, совершенного в третий раз, отягощал вину студента, что влекло за собой для своекоштных — исключение из университета, а для казенных студентов — отдачу в рекруты. В данном тексте были детализированы все формы наказания и статус «университетских преступников». Например, «студент посаженный под арест», согласно инструкции, «содержится в особой комнате, но имеет постель, получает обыкновенную пищу от стола казенных студентов и может заниматься и иметь при себе книги». «Студент, посаженный в карцер», «содержится под строгим караулом, не имеет своей постели и не получает пищи, кроме хлеба и воды. Он посещается Инспектором и его Помощником для наблюдения за состоянием его здоровья». В формализме этих строк не осталось и следа от отеческого попечения. В этой ситуации профессора могли либо смягчать строгость предписанных законов, либо следовать им буквально. Студенческие мемуары содержат примеры того и другого. О харьковском ректоре И.Я. Кронеберге выпускники припоминали, что у него «редко срывалось с языка слово карцер, зато эта последняя мера наказания имела свое значение. А при В.Я. Джунковском, который за всякий поступок [...] всенепременно посылал студента в карцер, — посидеть в карцере не более значило, как провести ночь вне своей квартиры, у своего товарища, где предоставлялись все удобства, тем более что в карцер супруга ректора [...] частенько присылала заключенным чай и ужин. При Кронеберге [...] попасть в карцер [...] значило посидеть сутки или более в совершенном уединении, под замком, на хлебе и воде». Иерархия студенческих преступлений менялась в правительственных текстах по мере разворота политического курса и усиления страха верховной власти перед революционной инфекцией. Поэтому уже в 1830-х годах на вершине пороков оказалось участие в повстанческих движениях. Соответственно, самыми злостными были уже не «дерзкие», а «неблагонадежные» учащиеся. Наряду с общим правительственным документом (устав 1835 года) во второй половине 1830-х и в 1840-х годах профессорские советы разработали множество нормативных текстов, которые детализировали условия студенческой жизни: правила вступления в университет, перевод с одного курса на другой, правила для бедных («реально нуждающихся»). В 1840-х годах сращивание интересов попечителей с профессорскими советами объединило их в борьбе за расширение студенческого состава университетов. Те и другие направляли министру просьбы разрешить принимать в университет без экзаменов отличных выпускников гимназий. Подобное право было даровано некоторым гимназиям Московского и Санкт-Петербургского учебных округов. Для «всех прочих» обязательным условием оставался экзамен как способ к приведению гимназий в соответствующее желаниям правительства состояние. Попечитель должен был предоставлять министру список учеников, которых «считал достойными» учиться в университете. В 1830—1850-х годах воспитанием студентов в университете занимались специально нанятые для этого отставные военные. Они привнесли в отношения со студентами иной стиль поведения. И поскольку инспекторы подчинялись попечителю, то воспитание и благонравие студентов ушло из компетенции профессоров и стало исключительно государственной заботой. В условиях отчуждения преподавателей от студентов и упадка университетского преподавания (конец 1840—1850-е годы) в инструкциях и правилах студенты стали описываться не как совокупность отдельных учащихся, а как опасное «сословие» или «корпорация». Плохо знающие своих воспитанников профессора, по признанию Э.А. Янишевского, смотрели на них «как на неприятельский лагерь», ожидая организованных враждебных действий (например, освистания). Личное общение и забота о нуждах конкретных воспитанников заменились формализмом инструкций, деятельностью комиссий и введением специальных должностей для контроля за студентами. Освобожденные от общения со студентами советы университета придумывали искусные формулировки для всеобъемлющего описания случаев их девиации и ее пресечения. Но, несмотря на титанические усилия университетских педагогов, воспитанники все более выходили из-под их влияния, а принуждение не рождало в них послушания. Более того, в начале следующего царствования и в обстановке критического переосмысления прожитого попечитель Санкт-Петербургского учебного округа Г.И. Филипсон признал кризисное состояние университетской жизни, а также неэффективность ранее использовавшихся методов полицейско-бюрократического воздействия на студентов. «Радикальнаго улучшения, — писал он, — нельзя ожидать от какой-либо новой регламентации, которая может опираться только на материальной силе, а ее вмешательство в дело просвещения одинаково вредно, при успехе и неудаче». postnauka
read more...

Люди готовы работать бесплатно

Редактор журнала Wired, автор книги «Краудсорсинг. Коллективный разум как инструмент развития бизнеса» Джефф Хау прочел на Digital October лекцию. Slon публикует 7 ее фрагментов. 1. Это была шутка! Слово «краудсорсинг» было придумано в шутку. Я хотел посмеяться над Силиконовой долиной – над тем, как технические компании изобретают сумасшедшие термины. И вдруг это слово было подхвачено. Я из Нью-Йорка, я люблю хорошие сленговые словечки. Не вот эти вот глупые искусственно придуманные слова. Но я написал статью, в которой использовал слово «краудсорсинг», и мой редактор в Wired сказал, что это звучит круто. Та статья была опубликована в июне 2006 года. Через неделю после публикации – я проверял в сети – это слово упоминали три человека, и они либо работали в Wired, либо спали с людьми, которые работали в Wired. Но потом что-то случилось. Через 2 недели было уже 700 тысяч ссылок! Говоря о краудсорсинге, я имел в виду ситуацию, когда компания затевает проект, предполагая, что он разместится на открытой интернет-площадке и будет осуществляться неопределенной группой людей. 2. Было время, когда печатание на машинке являлось профессией. Если ты работал в офисе, ты писал текст от руки, а затем передавал его наборщице. Но в девяностых эта профессия умерла, потому что мы все внезапно научились печатать. И это же произошло со многими другими профессиями. Потому что технологии донесли до нас и программные средства, и навыки как таковые. Средства производства, которые ранее были достоянием крупных капиталов и организаций, были переданы всем желающим. Это и стало основанием краудсорсинга. Что произошло в последние несколько лет в фотоиндустрии? Появились цифровые фотоаппараты, дешевые и доступные цифровые зеркалки. Появились фоторедакторы с простыми интерфейсами. И в результате уровень стоковых фотографий, снятых любителями, постепенно достиг потрясающей близости с качеством профессиональных фотографий. Иными словами, качественные фотографии перестали быть эксклюзивным дефицитным товаром. Их производство было поставлено на массовые рельсы. 3. На протяжении всей истории человечества слово «толпа» подразумевало физическую близость. Нам нужно было быть физически вместе, чтобы стать толпой. Но с появлением интернета возникло понятие виртуальной толпы, сообщества. Благодаря интернету люди смогли собираться в сообщества по первому зову на основании общности интересов. Это фундаментально новый поворот в развитии человеческой истории. Появилась простая возможность собираться в сообщества, объединяясь страстью к какому-то хобби, ремеслу, творчеству. Для меня социальные сообщества – основной строительный материал краудсорсинга. Они демонстрируют способность людей к единомыслию и самоорганизации для создания эффективных, высокопродуктивных команд. То, для чего ранее требовалось наличие армии менеджеров и корпоративной иерархии, сегодня может выполняться в контексте онлайн-сообщества. Краудсорсинг – сила коллективного действия, способствующая развитию какой-то идеи, какого-то предприятия, какого-то бизнеса. 4. Пример. Позвольте мне представить вам двух Джейков – Джейка Никао и Джейка Дехарда. Они были графическими дизайнерами и создали онлайн-сообщество Dreamlets. Там было много хипстеров, которые любили красивый графический дизайн. Раз в год они проводили соревнование по созданию футболок. И однажды они подумали: «Самая крутая вещь, которую мы создали, это вот эти вот футболки. Почему бы нам не собрать сообщество, где вся суть будет только в создании футболок?» И они создали сообщество Threadless. Это была очень простая идея. (Что необходимо помнить – это было некое хобби. Это рассматривалось как некий подарок с их стороны людям, которые им нравились.) Люди создавали некий дизайн для футболок. Публиковали его. Другие люди высказывали об этом свои мнения. И затем определялся победитель. Вначале идея была такая: о, все увидят свою собственную футболку, она будет произведена, ты будешь гордиться тем, что твою майку будут носить другие члены нашего сообщества. Представьте себе: две, три тысячи людей, которые играют в эту игру. А потом они придумали, что нужно создать открытый механизм голосования. Пусть все желающие голосуют. И к чему это привело? Из закрытого сообщества они превратились в открытое сообщество. Сначала к ним ходили только люди, которые сами были дизайнерами. Но когда они позволили и другим людям голосовать за свои футболки, к ним потянулись люди, которые хотят заниматься дизайном, которые любят смотреть на дизайнерские идеи. Потом к ним пришли люди, которые просто развлекаются, люди, которые любят голосовать за что угодно. Знаете, многие любят голосовать. Позвольте им голосовать за что угодно на вашем сайте – и люди потянутся. Людям нравится думать, что их мнение важно. Требуется всего 15-20 секунд, чтобы проголосовать за футболку. (Я часто говорю, что краудсорсинг становится рабочей силой в перерывах на чай и кофе.) И что произошло с Threadless? Это сообщество стало не просто бизнесом, но потрясающим бизнесом. Они уже не публикуют сводок о своих доходах, но эти доходы продолжают расти и расти. Итак, что же вот эта толпа дает Threadless? Во-первых, она дает им гениальный дизайн. Дизайнеры получают за это немного денег – самые популярные футболки приносят им, может, пару тысяч долларов. Но дизайнер получает репутационные очки. Человек становится знаменитым как автор футболки, которую носят и в Берлине, и в Ботсване, и в Индии, и в Чикаго. И это позволяет ему найти хорошую работу – Threadless, верьте или нет, очень уважают в Америке и вообще в западном мире. Threadless не нужно нанимать вообще ни одного дизайнера, толпа предоставляет им основную услугу, которую они затем продают своим клиентам, – крутой дизайн. А что еще им дает толпа? Каждый раз, когда кто-то публикует в сети фотографию себя в их футболке, он получает скидку на следующую покупку. Люди выкладывают эти фотографии в Twitter и Facebook по всему миру. И вы видите: снова и снова это работа с краудсорсингом. Это саморекламируемое, саморастущее сообщество. И там нет никаких маркетинговых и рекламных затрат. Но самое интересное из того, что предоставляет Threadless толпа, – это данные о будущих покупках. В Threadless точно знают, какие футболки нужно производить, потому что люди не только голосуют за футболки, но и ставят галочку «я куплю это». И ребята в Threadless могут быть уверены: если они произведут эту футболку, она будет продана. Вот откуда их маржа в 35-40% в год. Что бы они ни произвели – все распродается, все улетает. У них нет складских остатков, потому что они сразу распродают все до последнего экземпляра. Представьте себе, если вы владелец бизнеса, какой это потрясающий инструмент. 5. Почему краудсорсинг возможен, почему он происходит? Прежде всего, это возрождение любительства. Мы видим все больше и больше людей, которые хотят интересно проводить свое свободное время. Им хочется фотографировать, им хочется помогать другим, им хочется поучиться чему-то, заняться наукой – они готовы изучать птичек или исследовать протеин. Они не только могут, они хотят этим заниматься. У них есть внутреннее желание расти. Люди готовы работать бесплатно. И они часто любят работать бесплатно. Ну, представьте, вы встречаетесь с другом, а у него сломалась машина. Вы знаете, как ремонтировать машины, а он ничего об этом не знает. И вы говорите: давай я тебе покажу, как поменять фильтр. Вы что, попросите с него за это денег? Конечно, нет. Многие вещи, многие товары и услуги отдаются за так. Люди вносят свой вклад, потому что им это интересно. Им интересно поделиться своими знаниями. Если вы видите что-то неточное, неправильное, вы тут же пытаетесь это исправлять – это такой здоровый человеческий инстинкт. 6. Часто краудсорсинг рассматривается как возможность сэкономить деньги компании. Но в чем тогда возникает проблема? Толпа не всегда может самоорганизовываться. В некоторых случаях это может получиться. Но необходимы очень хорошие менеджеры с вашей стороны. Я предполагаю, что потребуется еще десять-пятнадцать лет, чтобы краудсорсинг достиг своего максимального потенциала. Пока это маленький ребенок, который только начал расти. Я предполагаю, что в конце концов он трансформирует многие индустрии, политику, управление. Он приведет к более высокому уровню демократизации в обществе. Я верю, что это неизбежно. Но нам необходимо еще подумать о том, каким образом все это работает. Иногда я вижу просто ужасающе неудачные примеры. 7. Главный принцип краудсорсинга – не нужно просить людей делать что-то для нас. Все наоборот: это мы должны дать им то, что им нужно и интересно. Любой краудсорсинг начинается с идеи подарка. Давайте другим – и вам воздастся. Только так. Посмотреть полную видеозапись лекции и/или прочитать ее полную расшифровку можно на сайте Digital October. slon.ru
read more...