Но если нам неожиданно выдадут вечную жизнь, то мы не будем знать, что с ней делать, потому что мы даже не знаем, что делать с той, которая у нас уже

...Территория русской классической словесности — единственная реальность, матрица коллективного бессознательного.
Исключительно в русском языке и в русской литературе я чувствую себя дома. Русская литература даже больше, чем реальность, потому что в ней наше прошлое, настоящее и будущее. Надо просто внимательно читать русский текст.
...Представьте, что вы безработный и день за днём, ложась спать, не знаете, что будете делать завтра, куда идти, зачем вставать... И вот представьте себе это общество безработных, без энергии, без мотивации...
Нужно создавать смыслы заново, но никто ничего не хочет делать. Производство смыслов — это работа интеллектуалов, а они привыкли симулировать смыслы, потому что это просто и за это платят. Сейчас все заняты поиском идентичности, уж полночь близится... Русская национальная идентичность — это не олимпиады, не иконы и даже не Большой театр. Идентичность — это чёткое понимание своей миссии в мире, истории и культуре.
...Старая идея плюнуть добром в зло как не работала, так и не работает. Бог — довольно жёсткая субстанция. В новом дивном мире его место заняла идея вечной молодости. Но чистая вода и пророщенные зёрна не снимают метафизический страх бытия, не решают проклятые вопросы.
Люди не изобрели такой прибор, благодаря которому человек не испытывал бы страданий и одиночества. Вечная молодость не гарантирует вечного счастья, тут кроется главный обман.
...Зачем человеку волшебные очки, если у него есть душа?
Душа — совершенный оптический прибор, имеющий абсолютную точность. Человек — единственное существо в природе, обладающее свободой выбора. Мы можем выбирать, мы можем различать, мы можем говорить, видеть и слышать друг друга. Мы знаем, что есть добро и что есть зло, — это наша природа, и для этого мы существуем. Даже Бог не имеет абсолютной свободы, предоставляя этот выбор нам.
Но если нам неожиданно выдадут вечную жизнь, то мы не будем знать, что с ней делать, потому что мы даже не знаем, что делать с той, которая у нас уже есть...
Александр Зельдович, режиссёр, сценарист
Полностью читать тут